|
|
|
…В середине девяностых годов по Вельску и его окрестностям прошла волна серийных убийств. Маньяков оказалось двое, причем действовали они независимо друг от друга. Местные правоохранительные органы с помощью областных и московских сотрудников в результате долгой и напряженной работы все же выловили преступников. А Михайлов, как оказалось, всего лишь «издержка производства».
Из него попросту выбили признательные показания. Адвоката рядом не было. Административно-задержанному Михайлову он не полагался. В итоге под тяжестью весьма болезненных «аргументов» Сергей признался в преступлении, которого не совершал. Но, как только ему разрешили встречу с адвокатом, отказался от признательных показаний. Областной суд встревоженного серийными убийствами Архангельска приговорил его к смертной казни. Верховный суд приговор подтвердил.
Но в Вельске тем временем произошло еще одно убийство. Почерк убийцы до мельчайших подробностей напоминал обстоятельства первого преступления. Расследование вывело милицию на некоего гражданина Козлова, который после задержания практически сразу признался в совершении обоих преступлений. Это было подтверждено серьезными уликами: ключи, обнаруженные рядом с телом первой жертвы, подходили к замкам от квартир Козлова и его бабушки.
Выплыла самая серьезная судебная ошибка с тяжкими последствиями. Однако, вместо того чтобы немедленно исправить ее, подав соответствующее ходатайство в вышестоящие инстанции об отмене приговора, архангельский прокурор Александр Апанасенко попытался это дело замять.
Заключения двух специально назначенных следователей по этому делу, которые установили, что Михайлов был неправильно осужден, и рекомендовали отменить приговор, были задержаны в Архангельске и в Генпрокуратуру не ушли.